# Memento mori

Юрий Александрович Рощин

Внезапно, откуда-то из-за спины вырвался нарастающий рев вертолетных двигателей и свист несущих винтов. Хищно опустив носы, словно что-то вынюхивая в этом аду, на бреющем полёте прошла над развалинами пара "крокодилов".

на фото автора Старопромысловский район Грозного.


MEMENTO MORI

(лат. memento mori 'помни, что [придётся] умирать', 'помни о смерти') - латинское выражение, ставшее крылатой фразой.


И пытались постичь

Мы, не знавшие войн,

За воинственный клич

Пpинимавшие вой,

Тайну слова 'пpиказ',

Hазначенье гpаниц,

Смысл атаки и лязг

Боевых колесниц.


В.С. Высоцкий


Внизу, в развалинах, лежал город.

Анохин разглядывал его с крыши пустующей высотки как своеобразный эстетический объект. Здесь, где ландшафт не просто 'мёртвый', а мёртвый в квадратной степени возведённой до безумства, он стал острее ощущать непостоянство вещей и бытия. Город оставлял ощущение, будто кто-то всемогущий поработал над ним и, что называется, вложил душу, полив кровью каждый квадратный метр щербатого асфальта. Разрушенный город - квинтэссенция тоски по ушедшим мирным годам. Он вспомнил мультик про Маугли, в нём разрушенный город был красив в своей дремучести, а то что видел он сейчас долгое еще время не зарастёт лианами.

Сергей никогда не был в Волгограде, но много читал о войне и видел на фото сохранившийся дом Павлова. Сталинград восстановили оставив только один дом, как память. А здесь и сейчас можно было наблюдать не музейно-памятные развалины, а самые настоящие, таящие в себе угрозу всему живому: минами, снайперами, засадами и прочими неприятностями военного времени.

Старопромысловский район мало чем отличался от других так же исковерканных войной. Полуразрушенные, разбитые снарядами строения в которых кое где еще угадывались дома, молчаливо и угрюмо смотрели на окружающий мир темными провалами окон.

Холодный мартовский ветер не располагал к долгому созерцанию 'красот', да и задерживаться на открытом пространстве чревато. Осторожно, стараясь не шуметь, он спустился на четвёртый этаж где у них с другом была оборудована 'лёжка'.

- Налюбовался? - ворчливо встретил его напарник. - И охота тебе шляться, мало вокруг растяжек? Нарвёшься еще...

Анохин ничего не ответил и, пристроившись рядом на туристическом коврике, взял в руки бинокль.

Пробитая снарядом дыра в стене позволяла не обнаруживая себя вести наблюдение за окружающим пространством. Пройдясь еще раз оптикой по отведённому сектору, он устало протёр глаза.

Свободно гуляющий по гулким помещениям сквозняк забирался под бушлат, навевая тоску и уныние. Трудно было представить что когда-то здесь жили люди. Комнаты, давно уже ограбленные мародёрами, были пусты, лишь кое где еще сохранились остатки паркета да со стен свисали обгоревшие обои.

Эльдар, балагур и донжуан не пропускавший ни одной юбки в такой далёкой теперь Москве, прикрывал Сергея, снайпера и друга, с которым не единожды бывал в подобных командировках. Коротали они время изредка перебрасываясь фразами, поочерёдно осматривая прилегающую к зданию местность.

Внезапно, откуда-то из-за спины вырвался нарастающий рев вертолетных двигателей и свист несущих винтов. Хищно опустив носы, словно что-то вынюхивая в этом аду, на бреющем полёте прошла над развалинами пара 'крокодилов'. Эльдар проводил их взглядом и, поковыряв в полупустой банке ножом, вздохнул. Жевать волокнистую субстанцию с кусками замёрзшего жира не хотелось. Отодвинув жестянку, он сунул в рот незажженную сигарету и задумался. Вспомнилась ему сейчас мирная Москва, их общага в Очаково и последняя встреча с обаятельной девицей, лелеявшей надежду на долгосрочные отношения. И так ему захотелось женской ласки, что он прерывисто вздохнул, передёрнув плечами.

- Ты чего? - удивлённо воззрился на него напарник.

- Да блин... бабу хочу, аж скулы сводит.

- Во, приспичило! - беззлобно хохотнул Сергей. - Скажи Поручику, он тебя завтра на тринадцатый пост определит. Крыша, тихо, спокойно, сидишь один выше всех, наедине с птичками. Ветерком обдувает сквозь бойницы. Журнальчик там дежурный - 'Плейбой'. Вот и помечтай о бабах, в одиночку. Только не забывай вокруг поглядывать, а то от твоих мечтаний и народ пострадает.

- Ты что?! - поняв намёк оскорбился Эльдар. - Я же мусульманин, у нас такое грех.

- Такое баловство у всех религий грех, - вздохнул напарник, - не хочешь на крышу, тогда сиди и тоскуй в тряпочку... И так тошно, а тут ты еще с бабами. Потерпи, пару месяцев осталось. Вернёмся домой - оторвёшься по полной.

- Не-е. Я терпеть уже не могу. Представляешь, ночью проснулся и... мокрый весь, как в армии, блин. Только ты это... скажешь кому, в ухо дам.

- Да больно надо! Кому интересны твои страдания? - сплюнул Сергей. - По научному это называется поллюция, вот. Такое только в юности случается, а тебе уже тридцатник скоро. Кстати! Отгадай... Может ли женщина забеременеть от ваты?

- Как это, от ваты? Нет, конечно, - удивлённо протянул Эльдар.

- Может! - торжественно заключил Сергей, - Если эту вату вырвать из солдатского матраца!

И друзья, сдерживаясь, вполголоса загоготали.

Внизу скрипнули тормоза, Эльдар осторожно выглянул из укрытия и успокаивающе махнул рукой напрягшемуся напарнику.

- Пазик, рейсовый, какого-то деда подобрал.

- Война войной, а автобусы ходят. Жизнь продолжается.

- Ага, и рынки работают, торгуют людишки кто чем может. Это понятно, как-то им выживать надо. Только уродам боевикам на народ плевать, подстрелят на рынке кого из военных, и всё, стоп колеса, шмон и зачистка. Кстати, слышал новость, какую хохму ребята из Таганрогского ОМОНа учудили?

- Нет. И чего они удумали? - заинтересовался Сергей.

- Помнишь бабу ту, журналистку, которая везде свой нос суёт? Ага, так вот, она к ихнему командиру с предложением подвалила: давай типа мирный город на камеру снимем, первый трамвай в городе, мир-дружба-жвачка, птички поют. Тот упирается, какой на хрен мирный город, стрельба каждый день, и одни развалины вокруг. И где мы тебе тут трамвай найдём, спрашивает. Да хоть и найдём - электричества то нету, не поедет он. Ну, она ему: 'А это ваши трудности. Сделаете как надо, я сто баксов дам'. Ну вот, ребята находят где-то трамвай, без колес, облезлый весь, прострелянный. Цепляют его за бэтээр тросом, и волокут со скрежетом. Внутри людишки шлындают, типа пассажиры едут по мирному городу Грозному, блин, а стёкол то нету, выбито всё... умора. Она поверху камерой поснимала - вот и сюжетец состряпала.

- Да уж, любят они показушничать, работа у них такая. Потратила сотку баксов, а заработает на этих кадрах много больше. Кстати, она и к нам на той неделе заезжала, ты на блок посту был, не видел её. Такие же вопросы задавала дурацкие. Вовку Рябова достала, спрашивает: 'а что вы чувствуете, когда в живых людей стреляете?'. Дура!

- Действительно, дура. А он ей, что?..

- Ухмыльнулся, ты же его знаешь, тот еще юморист. Отдачу приклада в плечо, говорит, чувствую.


Друзья затихли, думая каждый о своём. До смены дозора оставалось еще пять часов.

- Эльдар, а ты знаешь, почему от снайпера убегать нельзя? - оторвался от размышлений Сергей.

- Почему?

- Помрёшь уставшим.

- Да? - флегматично спросил напарник.

- Вообще-то это шутка была.

- А-а, ну тогда ха-ха, - невесело изобразил улыбку друг.

- Ты чего такой смурной, случилось что?

- Серёга, понимаешь... Мм... я тут это...

- Ну чего мычишь как телок? Давай выкладывай, - видя нерешительность, подбодрил он напарника.

- Ну в общем... Такое дело... Ты знаешь Лэйлу, которая у базы торгует?

- Знаю, конечно, пиво у неё позавчера купил, просроченное оказалось, полночи в клозет бегал. А чего это ты её вспомнил?

- Краси-и-ивая, - мечтательно заулыбался Эльдар.

- Да ладно тебе! Нашел красавицу. Зубы золотые, как у цыганки. В калошах и фуфайке, а брюликами как новогодняя ёлка увешана. Да и годков ей уже под сорок. А ты никак закадрить её решил? - улыбнулся Сергей.

- Уже. Договорился, в общем. И не смейся так!

- Да ладно, ладно! Чё ты?! Это я в шутку, - пряча ухмылку, ответил Сергей.

- Вон, видишь дом? - указал Эльдар на стоящую метрах в трёхстах полуразрушенную пятиэтажку, - она в первом подъезде, на втором этаже живёт.

- И что? - удивился Сергей.

- А то... в общем, пойду я к ней. А ты, если вдруг чего - прикрой...

- Ты совсем сбрендил, на почве сексуальной неудовлетворённости? Тебе же башку отрежут, если застукают. У мусульман с этим строго, сам знаешь.

- Знаю, я и сам мусульманин.

- Да какой ты мусульманин? Ты хоть и татар, а форма-то на тебе на-а-аша, российская. А значит враг ты им. И зарежут они тебя за милую душу, не спросив фамилии.

- Зарежут, - кивнул, соглашаясь, Эльдар, - они и своих не щадят, такой народ. А ты на что? У тебя СВД, вот и прикрой меня если что. И по рации маякнИ, что бы я вовремя свинтил оттуда.

- Во балбесина! Я тоже не дурак по бабам шастать но, вот так, башкой рисковать с ума еще не сошел.

- Ладно, ладно. Ты меня не агитируй, я пообещал, она ждёт. А обманывать даму, пусть даже и нохчу* не по-джентельменски.

- Джитильмен хренов! - немного подумав, Сергей махнул рукой, - Ладно, только... мементо мори.

- Какое море? - удивился Эльдар.

- Не теряй бдительность и помни о смерти!

- Дурак что ли? Если я буду о бабе с косой думать то... конфуз на любовном фронте мне обеспечен. Нет уж, лучше ты думай о мори этой и меня прикрывай.

- Иди уже казанова, и сферу надень, - подтолкнул ему шлем Сергей.

- Зачем? У меня презерватив есть, - жизнерадостно хохотнул напарник и, пригнувшись, порылся в вещь мешке. - Я жрачки возьму немного, ты не против? С продуктами у них полный швах, а у Лэйлы сестра, и мать старушка больная...

- Господи, да бери, конечно, и лекарства возьми, есть там что-то...

Эльдар сунул в разгрузку пару банок консервов, рассовал плитки шоколада, упаковку анальгина, за пазуху впихнул булку хлеба, и улыбнувшись другу направился к выходу.

- Рацию не отключай, ловелас, - успел кинуть ему вдогонку Анохин.


И ушел Эльдар, спустился по полуразрушенному лестничному пролету, мягко ступая кроссовками по битому кирпичу. Не выходя из тёмного подъезда, внимательно осмотрел пространство, которое предстояло пересечь, определяя самый оптимальный вектор движения...

Участок, лежащий перед ним, лишь с большой натяжкой можно было назвать двором. О мирном времени здесь напоминал только, неизвестно как уцелевший, покосившийся грибок у детской песочницы. Вздыбленный, изгрызенный взрывами асфальт, воронки, куски арматуры, какой-то сгоревший автохлам, всё это напоминало декорацию из фантастического фильма голливудского разлива. Стоящие вокруг полуразрушенные дома лишь усиливали ощущение чего-то нереального и не взаправдашнего. Дом, куда направлялся Эльдар, среди прочих выглядел относительно целым, лишь крайний подъезд был уничтожен прямым попаданием авиабомбы, бесстыдно обнажив внутренне убранство квартир и лестничные пролёты.

Под прикрытием напарника, Эльдар, словно профессиональный спринтер, благополучно пересёк опасный участок и юркнул в подъезд пятиэтажки.


Вокруг, в разных частях города, периодически звучала какофония стрельбы. Где-то за городом громыхала тяжелая артиллерия обрабатывая предгорья. Над горизонтом стелились дымы от горящих нефтяных скважин.

На соседний подоконник уселась облезлая ворона. Склонив голову, посмотрела на Сергея. В бусинках глаз читался вопрос: нет ли - пожрать?

Сергей пожал плечами, пробормотав:

- Сыра нет, лети-ка ты отсюда, а то не ровен час подстрелят.

Ворона поковыряла клювом подоконник, не найдя ничего интересного недовольно каркнула и громко захлопав крыльями, скрылась из виду.

Ветер шевельнул страницы лежащего чуть в стороне альбома. От влаги обложку покоробило и некогда яркий цвет поблёк и потускнел. Сергей протянул руку, смахнул пыль, перелистнул картонный лист. Счастливые лица людей с черно-белых снимков, как из другого мира смотрели на него не зная, что ждёт их город в будущем.

В углу, попискивая, закопошились крысы. Снайпер швырнул туда банку оставшуюся от Эльдара. Серые кинулись в разные стороны но через минуту, почуяв запах тушенки, вернулись и шустро принялись опустошать ёмкость не обращая внимания на человека.

'Всем жить хочется, и этим тварям тоже', - Сергей вздохнул, и поскрёб давно не бритую щеку.

С водой постоянные проблемы и тут уже не до бриться. Она привозная, а водовозку в последний раз подорвали свои же, сдуру лупанув из гранатомёта. То ли пьяные были бойцы на блок посту, то ли попутали, машина выглядела вполне мирно, гражданской расцветки...


Часа полтора пролетели незаметно, и вдруг... Из-за поворота показались: раздолбанный микроавтобус РАФ, и УАЗ защитного цвета. Машины неторопливо объезжая развалины и останки разбитой техники, приближались к пятиэтажке, где находился Эльдар.

'Вот зараза - накаркала', - недобрым словом помянув ворону, Сергей торопливо припал к окуляру оптики и, осмотрев машины, тут же схватил рацию.

- Двенадцатый, двенадцатый, проверка связи! - зачастил он свистящим шепотом.

- Я двенадцатый, слышу нормально, - прозвучал ответ, и тут же Сергей переключил рацию на восьмой канал.

'Проверка связи', условная фраза, о которой знал только напарник, и Эльдар также настроил рацию на восьмой канал.

- Что-то случилось? - прозвучал встревоженный голос из динамика.

- Случилось! Ноги в руки и вали оттуда! К дому идут две машины, народу как в трамвае - бородачи! Хотя, нет, не успеешь. Вход в подъезд в зоне видимости. Попытайся с другой стороны дома, там разбитая цистерна, за ней, пригнувшись, до покореженной машины и дальше сухой арык.

- Шайтан! Ща оденусь...

Бородачи в это время высыпали из машин и прямо перед подъездом стали устанавливать на станинах минометы...

'Ё моё! Из-за домов, миномётчиков не видно, а рядом, в паре кварталов, находится база, которую, очевидно, боевики и решили обстрелять', - все эти мысли пронесли в голове за считанные секунды.

- Двенадцатый, ты еще там?

- Да высоко, второй этаж. Прыгать стрёмно, копыта переломаю, а на первом этаже не выйдешь, всё завалено.

- Не торопись. Они устанавливают минометы. А значит сейчас, на крышу 'дух'** полезет, огонь корректировать, сто пудов! А полезет как раз мимо тебя. Поднимись повыше, и постарайся 'принять' его без шума и пыли.

- Я те чё, Рембо что ли?

- Придурок! Ты не Рембо - ты татарин, это круче во сто раз! А на базе наши друзья, и их сейчас расчихвостят в пух и прах! Надо что-то делать! Как понял?!

- Да понял я... понял, - прозвучал неуверенный ответ.

Тут же Сергей переключился на основной канал и доложил обстановку дежурному по базе. А внизу разворачивалась бурная деятельность. Командир боевиков отдал распоряжение, и один из бандитов метнулся в тёмный подъезд. Остальные суетились у миномётов, подтаскивали ящики со снарядами.

У Анохина созрел план, и он, заменив первые два патрона в магазине на бронебойно-зажигательные, передёрнул затвор винтовки и устроился поудобнее.

- Господи, благослови, - прошептал он одними губами и, прильнул к прицелу...

Отшлифованный годами приклад приятно холодил щеку. Прицел выставлен верно, пространство давно уже пристреляно и известно до мельчайших подробностей. Снайпер, не видимый с улицы в темной глубине помещения, чувствовал привычный уже зуд от предвкушении боя. Возвышенность над полом, сложенная из остатков мебели, вполне устойчива, обзор отличный. Палец ласкает спусковой крючок, целей много, желания воевать еще больше, а минуты тянутся медленно.

Сквозняк в окна уже не донимал дискомфортом, Сергей на него просто не обращал внимания, а вот боковой ветер над целью был не в радость. Порывы его неравномерно вздымали кусок маскировочной сетки на ветке срубленного снарядом тополя. От напряжения взмокла спина и тельняшка неприятно липла к телу. Фигуры, в оптической сетке прицела, выглядели колоритно, и Сергей даже пожалел что нет под рукой фотоаппарата. Увешанные оружием бородачи, смуглые, и все из себя такие воинственные, действовали быстро и слаженно, выполняя команды главаря. Но вот миномёты уже готовы к стрельбе, а разведчик не отзывался. Старший заметно психовал, пытаясь связаться с ушедшим. Подождал, еще пару раз запросил его по рации и, не слыша ответа, махнул рукой. Два боевика метнулись в сторону подъезда.

'С двумя головорезами Эльдару не совладать. Пора...', - он поймал в оптику бензобак уазика, выдохнул, выравнивая сердцебиение и, плавно нажал на спуск.

Взрыв подбросил машину вверх и в сторону, разметав находившийся поблизости миномётный расчет.

'Попал!' - радостно шевельнулось в груди. Он пытался поймать в прицел микроавтобус, не обращая внимания на уцелевших боевиков, которые отползали в стороны от пылающих останков машины.

Протяжно и обреченно орал раненый, а выцелить бензобак не получалось, дым и пламя закрывали обзор, и тогда он рванул крючок наобум, надеясь на удачу. Увы...

Вторым выстрелом он рассекретил свое местоположение, и в ту же секунду, в оконный проём над его головой, ворвался разъяренный рой металла - боевики открыли шквальный огонь. Откатившись в сторону, Сергей подхватился и, согнувшись, бросился в соседнее помещение - как оказалось, вовремя. В окно влетела граната из подствольника***. От взрыва все комнаты заволокло гарью и пылью. На голову посыпались куски штукатурки. Отплевываясь, Сергей проскочил еще две комнаты и осторожно выглянул в разлом стены. Боевики передвигались грамотно - профессионалов видно сразу. Пока одни короткими очередями обрабатывали оконные проёмы, другие перебежками приближались к зданию, где укрылся Сергей. Но тут им в тыл, из пятиэтажки, ударил автомат Эльдара. Расстояние было небольшое, и двоих он срезал сразу. Остальные залегли, огрызаясь очередями в разные стороны.

Ну, теперь повоюем! Расстояние было приличным, сквозь дым и гарь Сергей старался поймать в прицел главаря, который залёг за искорёженным остовом жигулей. Бородач что-то орал боевикам, отдавая распоряжения. Ползком, отстреливаясь, они начали передвигаться в сторону микроавтобуса. Эльдару приходилось не сладко. Он перемещался между этажами, периодически постреливая, не давая боевикам расслабиться. Главарь неосторожно высунулся из укрытия и тут же схлопотал пулю, калибра семь шестьдесят два миллиметра, выпущенную Сергеем.

- Йес! - выдохнул он, меняя место стрельбы.

Поменяв дислокацию, припал к оптике и увидел, как один из 'духов' вскинул на плечо РПГ. Выстрелы грянули одновременно. Боевик ткнулся головой в щебень, а из окна пятиэтажки вырвалось пламя взрыва.

- Двенадцатый, двенадцатый! Ответь, твою мать!.. Ты как? - орал Сергей в рацию.

Ответом была - тишина, и шуршание эфирных помех. Автомат Эльдара тоже не отзывался...

- У-у-у, гады! С-су-у-уки! Твари! - выл в бессильной ярости Анохин, и уже не скрываясь посылал во врага пулю за пулей, жалея только что нет в руках пулемёта.

Подоспевшие с базы коллеги, обойдя с флангов строение, быстро завершили начатое друзьями дело, уничтожив миномётчиков.

Перепрыгивая препятствия и бормоча проклятия, Сергей нёсся к пятиэтажке, не обращая внимания на ребят собирающих трофейное оружие.

- Ну татарин, если жив остался, я тебя сам пришибу! Кот мартовский!.. Бабник хренов!

Эльдар был жив, но пульс едва прощупывался. Он лежал без сознания оглушенный и контуженный под обломками рухнувшей стены. На его счастье, заряд гранатомёта рванул в соседней комнате. Но взрыв был такой силы, что повредил перекрытия, и теперь сверху, поскрипывая торчала арматура, на которой едва держался потолок. В образовавшиеся провалы сыпался сор, всё могло рухнуть в любую секунду...

Обламывая ногти, скрипя зубами и матерясь, Сергей, разбрасывал в стороны обломки кирпичей, куски асбеста и штукатурку завалившие напарника. А тот, не подавал признаков жизни и осыпанный пылью, походил на мумию из триллера. Автомат его находился где-то под завалом, но сейчас было не до оружия. Сергей с друзьями вынесли бездыханное тело на улицу, уложили на сорванную с петель дверь, и с подоспевшим медиком осмотрели. Доктор, не выявив серьёзных повреждений дал команду, и друзья, подхватив на руки Эльдара, понесли его в расположение базы.


- Ну ни хрена себе, сходил на блуд! - удивлялся он позже своей везучести!

- Дуракам везёт, - резюмировал Сергей.

- Чего? - наклонился к нему Эльдар.

После взрыва он еще плохо слышал, и никак не мог привыкнуть к этому, переспрашивал. Сергей еще раз громко, с самое ухо, обозвал его, на что друг совершенно не обиделся и радостно ответил:

- Ага! Как ты и говорил: моменто море! Моментально в море и провалился я, когда шандарахнуло рядом. Так хорошо мне стало, тихо, спокойно, и возвращаться не хотелось, да док у нас профи, выдернул. И теперь хочется жить долго и счастливо...

- А подруга, ну Лэйла, не пострадала?! - спросил Сергей, - Такую войну мы тут устроили...

- Не-е, всё хокейно. Двушка у них окнами на другую сторону, от стрельбы не досталось бы, но когда ты меня вызвал, я их сразу в подвал отправил. Там у них как бы бомбоубежище и они привыкли, при любой пальбе сразу туда бегут. Нескучная у них тут житуха, сплошной экстрим. Денег дал какие были, немного правда но должно хватить. Машину наймут и в Ингушетию постараются перебраться, родственники у них там. А я бы сейчас шашлычку обрадовался. Поехать бы сейчас в горы, на природу, а еще лучше домой. Ну а пока мы тут, то... Серёга, скоро в Моздок поедете, я слышал, замолви словечко командиру, что бы и я с вами.

- Пф-ф... На кой тебе? Мы всего-то на денёк-другой, боеприпасы получим, хавчиком затаримся, и назад.

- Ну-у, в общем, среди ребят слухи ходят, что со всей России в места прилегающие к боевым действиям съезжаются маркитанки.

- Кто-о-о?!

- Ну эти, как их... маркитанки... вроде бы. Путаны, короче!

- Ой не могу! Дурачино ты, простофиля! Кто о чем, а вшивый о бабах!

- О бане, в поговорке.

- Да по фигу. Ты хоть знаешь, кто такие маркитанки?

- Ну-у, бабы. Знают они, что много здесь военных высоких здоровенных. У всех денег - куры не клюют, выплаты боевые потому что, а женской ласки дефицит. Вот они сюда и едут, подзаработать, так сказать, и оказать поддержку в моральном и бытовом плане.

- Да уж, познания энциклопедические. Впрочем, ты услышал то что хотел. Маркитаны, Эльдар, это всего лишь мелкие торговцы, сопровождающие войска в их походах. Но всё это было в далёком прошлом.

- А-ай, да без разницы как они называются, главное мирный город там, светофоры даже работают, и девчонок много!

- Опять за своё? Вот свербит у тебя в одном месте. О душе лучше подумай, аллаху помолись что жив остался, свечку поставь или что там у вас в таком случает полагается.

- Свечи - это в церкви, - подумав, ответил Эльдар, - а в мечети... не знаю. Нет там, кажется, свечей. Эх, скорее бы домой. Всех девчонок обзвоню и устрою грандиозную пирушку!..


Эльдар долго еще мечтал и строил планы на будущее, клятвенно заверяя друзей, что на Кавказ больше ни ногой, а вокруг, в заброшенных садах, расцветали яблони. Сквозь минные поля пробивалась травка, щебетали птицы. Природа, равнодушная к людским распрям, стремилась закрыть зелёным покровом израненную землю.

Весна вступала в свои права.


* * *


Вместо послесловия:


А Л Ь Б О М (4)*

Изрыты воронками улицы ада,

разрушенный Грозный тревожно затих.

Как будто из прошлых боёв Сталинграда,

вид в окнах разбитого дома - триптих.


Мерцает сквозь дым удрученно светило,

а смог от пожарищ закрыл горизонт.

Недолго осталось, патрон бы хватило...

Слой гильз под ногами, валяется зонт.


И рядом альбом на полу захламленном,

листаемый ветром лежит в стороне.

В нём старые кадры, вот взгляд удивлённый,

из прошлого он улыбается мне.


Всего лишь картон, черно-белые фото.

Осколки далёких и мирных времён.

Присыпанный пеплом глядит на нас кто-то,

он в прошлом не знает, что дом обречён...


Стальной паутиной натянуты нервы,

Звенят на ветру парашютной стропой.

Отходим по краю мерцающей скверны,

как будто над пропастью узкой тропой.


Изрыты воронками улицы ада,

разрушенный город устало затих.

Вернёмся домой, мирный сон нам награда,

я вспомню альбом и, напишется стих.


Грозный, Старопромысловский район. 1999 - 2000г.


* Нохчи - самоназвание чеченцев.


** 'Дух' - сленговое обозначение бандита, производное от 'душман', в переводе с фарси - враг.


*** Подствольник - подствольные гранатометы ГП-25 и ГП-30.


(4)* АЛЬБОМ - стих автора http://www.stihi.ru/2012/03/31/6405