# Самед. Нападение на штаб. Засада.

Бахрам Вахидов

Самед. Нападение на штаб. Засада.


После той атаки ко мне в землянку заявился Джамшид с каким-то парнем. Сказал. Что зовут его Самед и он будет при мне. На мой вопрос - Нахрена? Джамшидо долго путано говорил. Я слушал, слушал, надоело. Говорю ему -Прямо скажи. Телохранителся ставишь. Джамшид кивает и вдруг горячо, срываясь на азербайджанский говорит, что меня могли убить, а если за мной приглядит Самед, то по дури не погибну. Я усмехнулся. Ладно говорю, а он не твой родственник. Джамшид аж обиделся. Я выпроводил Джамшида, поблагодарил. На самом деле мне был нужен - связной, да и просто кто был бы рядом. Начал расспрашивать у Самеда - кто он, откуда, как давно воют, че вообще думает. Самед оказался из Насосной (небольшой городок, бывшая авиабаза Советской армии на север от Сумгаита километров 30-40). Неплохо говорил по русски, хоть и неправильно. Воевал уже долго. Был ранен и после ранения попал в мою роту. Говорили мы с ним не один день. Хороший парень. Невеста его ждала. Он даже фотку ее таскал. Обычная девушка, но видно любил он ее сильно. Говорили с ним честно открыто. Отвык от этого. Как то предложил ему на отделение пойти - он отказался. Обижаться стал, мол, что плохо мне с ним что ли. Я ему - Боишься. Так обиделся и оскорбился. День молчал, не разговаривал со мной. Поговорил с солдатами, про Самеда хорошие отзывы. Раненного вытащил,под огнем, не струсил. Молодец парень. Лет ему было 22. Честно говоря - разгрузил меня немного, в плане того. Что бегать не надо было. И потом как то спокойнее стало, что если что есть кто прикроет.


Нападение на штаб.


В один из дней у меня пропала связь с батальонам. Я орал на радита, тот клялся что рация в порядке. Послал Самеда к Ахмеду в роту. Тот возвращается - связи нет. Я стал дергаться. Далее Самед вернулся от моего тезки (комроты -3) нет связи. Я до полудня подождал, нет связи. Послать связного не захотел. Появилось опять то неприятное чувство. Пошли к тезке с Ахмедом - стали втроем решать что делать. Порешили на том, что я со взводом пойду к штабу проверить - мало ли что. Хотя ребята предлагали послать просто связных. Я их переубедил. Выбрал свой любимый второй взвод и пошли. Шли осторожно я выслал дозоры вперед и по бокам. В дозоры поставил наиболее опытных ребят. Когда шли туда орал на ребят, чтоб дистанцию держали. Когда до села, где располагался штаб батальона осталось около километра, засекли дымы. Растянул в цепь и выслал разведку. Метрах в трехсот от села залегли. Разведчики вернулись и доложили, что живых на окраинах нет. Следы боя и трупы. Начали продвигать в село. Я на дорогу посадил полотделения на всякий случай. Село было пустое, жители ушли давно. Попадались трупы наших солдат. Похоже нападение было внезапным. Армяне могли быть еще здесь. Ни одного трупа нападавших не видел. Подошли к зданиям, где был штаб и тут повстречали наших. Эти дебилы чуть не открыли по нам огонь. Солдаты были испуганны. Ни одного офицера и сержанта. По сбивчивым рассказам понял, что на штаб напали на рассвете, вырезав часовых. Число нападавших называли около сотни. Я не верил. Такая крупная группа противника пройти не могла, она должна была где то прорваться и мы бы слышали бой тогда. Зашли в дом, где был кабинет комбата, внутри гарь, никого нет, все перевернуто. Тут входит лейтенант, командир взвода управления. Усталый, но спокойный. Меня помню, поразило его спокойствие. Представился ему. Начали разговор, лейтенант рассказал, что напали на них опытные люди. Как он думал не больше десятка. Часть отвлекала стрельбой солдат, вторая прорвалась сюда. Комбат, жирная тварь, удрала на грузовике. Начштаба ушел (убежал) сам, один грузовик набитый спятившими от страха людьми подбили и расстреляли. Здесь сказал лейтенант, обведя рукой комнату, они побывали. Сам видишь, что осталось. Меня прошиб пот, значит все позиции батальона и как минимум соседних батальонов известны армянам. Ну они конечно и так в принципе известны. Но тут все на блюдечке. Мать перемать. Я смотрю на него, он на меня. Ладно, говорит, иди сержант. Может тебе хоть отделение оставить? Зачем? Им тут делать нечего.

Вышел я оттуда собрал своих и обратно. Кто то заикнулся об отдыхе. Я наорал. Блядь какой тут отдых, среди трупов и гари.


Засада.


Пошли. Идем и мне все свербит - Растяни в цепь. И только я повернулся к Джафару (комвзвода -2), чтобы отдать приказ, как меня что то отвлекло. Я завертел башкой, я не мог понять в чем дело. И вдруг повинуясь какому то инстинкту, заорав ложись - я просто рухнул на землю. В этот же момент раздался грохот очередей. Мои солдаты, кто успел среагировать на мой крик и движение упал со мной, кто то уже валился мертвый или раненный. Я даже не понял откуда стреляли. А нас прижимали умело к земле. Прострачивая лежащих. Нас просто избивали. И вдруг Самед лежащий рядом, что то начал орать и показывать вперед и вправо. Он первый засек этих сволочей и первым открыл огонь. Джамшид в нем не ошибся. Настоящий солдат. Я к Джафару и с матом ору - Бери отделение и обойди его с фланга. Быстро бля. - Я заорал увидев его замешательство. И тут этот бала вскакивает. Его срезали. Твою душу. Я к Самеду. Самед выполняй и ползком ползком мать вашу. Самед уполз. Я ору - Огонь падлы огонь вправо. Не лежать как сукам, прятаться. По мне дали очередью. Я за труп Джафара. Лежу на нем. Бью короткими очередями и в мозге одна мылсь - Где Самед. Где эта шалава. Мне сейчас всех положат. Крики, грохот. И вот для меня настал момент, когда я был готов встать и рвануть к этим огонькам, которые несли смерть, чтобы заставить их молчать. И тут разрыв гранаты и фигурки. Там все смешалась. Я опять заорал - не стрелять ат баласы. За мной быстро и рванул туда. Подскочили - Самед молодец - хорошо сработал. Лежат пять красавцев в такой камуфляжке. Я таких не видел. Не нашенская, и не турецкая. Непонятно чья. И рожи такие загорелые. Все мертвые. Я их обыскивать. Карты и какие то документы нашего батальона. На них ни одного клочка бумаги. Кто они? Понятно армяне. Я начал подсчитывать потери. Разогнал толпу, в которую быстро превратился мой взвод, столпившись у трупов.

Несмотря на мои опасения потери в убитых были небольшие. Шестеро, из них двое ребят из передового дозора. Как эти заразы прошли не заметив. Ведь рядом прошли. Тою мать учишь учишь. Мои грехи, за которые ответили эти ребята. За мои ошибки люди заплатили собой. Погано стало.

Пришел в себя о того, что меня держат. Припадок случился. Да спекся ты Бахрам. Готовый псих.

Спрашиваю раненных сколько, говорят четверо. Я думаю мало что-то. Смотрю а некоторые уже перевязываются, некоторые даже не перевязываются. Твою душу. Не хотят в тыл. Вот так. Уже солдаты, уже гордость, уже в тыл не хотят. Не хотят, чтобы другие парни за них лямку тянули.

Вообщем за здорово живешь отдал отделение. Отправил раненных и убитых обратно. С остатками взвода пошел на позиции. И тут как меня толкнет. Я разворачиваюсь и говорю - Благодарю за службу ребята и давай Самеда обнимать и всем ребятам руки пожал. Они прибалдели, потом заулыбались. Надо было и ребят отблагодарить и настроение поднять. Вот тут мне стало горько. Нечем мне их отблагодарить, не наград им не дадут, ни даже куска лишнего хлеба нет. В горле ком стоит.

Ну что ж за жизнь блядская. Ну почему я не могу ребят, за свою Родину сражающихся наградить, чем-то отметить. Их чуть что и убьют и обосрут, и все свалят. А эта падла жирная, жрет и война ему как малина. И награды и к полковнику приставили. Комбат называется. Сука...

Вернулись мои из батальона. Сказали, что сука вернулся с своим подсученышем и щеки дуют. Мне благодарность передали. Мол все украденное вернули. Не украденное, а захваченное. И попеняли мне еще суки, что мол не всех убил, что диверсантов больше было. Я потом думал. А могли ли пятеро устроить такой шухер. Могли. Могли напугать и разбить с полсотни тыловых. Могли если бы были волкодавами. А они и были. И я по дури со своим взводом налетевший на них и отдавший, считая раненных, по двух за каждого.

Мне опять повезло. Молитвы моей матери мне помогали.

А комбат падла и медальку получил. Потом уже после моего ранения. За мой взвод , того лейтенанта и меня. Ну молодец что сказать, герой бля. Наверное он один с автоматом на брюхе носился и гасил сотню армян, посмевших напасть на его штаб. Боевой бля камандыр. А подсученыш его, начштаба, наверное патроны подносил.

Суки....